и вот она - осень...уже какую неделю царит (радуя погодой), и все же осень. она везде. в отношениях, в настроении, в работе...теряется зелень, так же теряются люди, которые стали близки, как то нехорошо получается. хочется остановить круговорот.самый близкий человечек рядом, очень близко, так близко, что дышать тяжело становится, хочется красок эмоциональных, только хороших, ярких. Из хомяка не превратиться бы в грызухома....соблизубого, с большими-большими зубами...ха...представляю, бродит грызухом по осеннему городу...рычит...грызухом с 2-3х этажный дом..рррэээээ...
ммм... :'( нарисуйте мне душу...обычную. нормальную, чувствующую душу...а то нет ее, совсем нет....

Она была злая как собака, нет, сначала она была нормальная, потом ее ебнуло молнией, и тут….ну так всегда бывает, когда шандарахнет молния по башке, сразу же злишься…ну сначала нет так сильно, а потом когда второй раз ебнет, когда уже дома сидишь, порнушку сморишь, вот когда в этот момент, то совсем злишься. Казалось бы, ну что тут такого, обычное дело, молния только зацепила, и тут же исчезла, но ведь момент наслаждения уже упущен. А от недоеба, всегда злой…ну вот и она злилась, часто так, громко, но не долго, а так, по пять минут, но через каждые три, это как с раками…о, а раками вообще хорошо, а можно еще по собачьи… но от этого доброй делаешься, а она злая, и все это знали, по этому и не трогали ее…вообще не трогали, а это хуже чем трижды молнией….

Когда звезды прощаются с небом,
Тая в заре в 6 утра
По пыльному городу бегом
Ты ускользаешь шутя.
Кажется уткой газетной
Прощанье с тобой на всегда
Надеюсь я в небе рассветном
Путь распознать до тебя.

Заяц был добрый, и большой, именно по этому добрый. Звери в лесу никогда не смеялись над зайцем, потому что он был больше медведя, который все время на дудке играл. Медведь вообще был странный, с дудкой в жопе оставленной бабами. А заяц все время наровил по той дудке ударить, что бы медведь знал для чего жопа нужна. Но ведь заяц был добрый поэтому, бил по морде, намекая на место, которым надо было на дудке играть. А еще Заяц ходил в бар, и бил ежиков, которые напившишь швырялись собой в суслика бармена. Заяц мстил им за суслика, ведь тот зам за себя не мог, ежей боялся. Вообще в лесу жизнь кипела, особливо когда Волк прибегал из деревни. Он там у пастуха кур пиздил. А потом зайцу носил. Тот из них подушки делал перьевые и лисе подсовывал, что бы у той сна не было, когда куры под ухом квохчут. Лиса после такого жрать всегда хотела. И к зайцу шла, тот ее морковкой кормил, без запивона, говорил – жрать надо по Порфирию Иванову, а жить по Зайчим законам, что бы добрыми все были.

Ответь, почему я тебя ненавижу?
Готова, закидать камнями,
А потом плакать над телом,
Утирать слезы, любить…
почему я приготовила для тебя алтарь
жертвенный, словно ты приманка,
для бога.
Может ты скажешь, куда все делось
Эти поцелуи, прогулки и рукокасания…
Наверное у богов, там наверху,
Там где всё и все умершие.
Всё закономерно…так как и должно быть
4 года…

Онт - суть есть, есть - суть, вобщем ключевое слово к пониманию термина - <есть, то есть пить>. Т.е. поглащать выпифки. ОНТ единственно истино разумное существо и неиначе.

Онтество - отличает онтов от иных существ. Васшая форма эволюции разумных заключающаяся в поглощении и ныканйи выпифкоф.

Заонтить - сныкать

Наонтить - сделать так, чтобы остальным выпифкоф не хватило.

Отонтить - вернуть заонтенное кем-то и прионтить себе.

Прионтить - см. Заонтить.

Вонтить - защемить того кто наонтил.

Подонтить - незаметно наонтить.

Переонтить- сменить дислокацию сныканных выпифкоф.

Сонтить - незаметно отонтить.

Уонтить - скрытца с выпифками.

Наонтиться - употребить много алкоголесодержащих выпифкоф.

Онтяцизм - строй онтово общества, чей девиз: <Все кругом народное, все кругом твое. Если все народное, значит все ничье, Что домой утащено, только то твое.>

Онтогология - наука изучающая онтоф.

Онтолэнд - наш мир.

Выпифка - основа мира, цель и конечный смысл жизни. Неотъемлемая часть культуры и быта.

Онтография - единственно достойный вид творчества - изображение Онтоф (так же есть выпифкография - изобр. Выпифкоф)

Онтофилия - здоровая любовь к своему виду, корням, пням, и другом онтовым.

Онтосед - Онт редко покидающий онодом.

Онодом - жилище Онтоф

Онтуналка - онтодом где живет много Онтоф.

Сухоонт - онт оставшиеся без пива. (герой вымышленный, т.к. не один приличный онт без пива не останется)

Онторай - древний боевой Онт.

Онтоунт – опуффь, которую онт иногда одевает, что бы покинуть онтуналку.

Онтократия - тип власти в онтодоксальном обществе, власть онтоф, онтам и для онтоф.

Онтунизм - светлое онтово будущее, где выпифка на халяву.

онтование - способ размножения онтоф.

онтонисты - последователи учения об онтах и выпифке первозданном.

онто-сутра - книга о совмещении онтовония с другими занятиями, с целью экономии онтовачьево времени.

Онт - редиска – нехороший онт (читай - непьющий)

Онтотерция - торговые отношения в онтовом обществе, где все стремятся друг, друга, на:. Облопошить в смысле.

Онтомоловище – сборище онтов, на природе.

Онтано - алкоголесодержащий напиток, пьется по праздникам на онтомоливищах

Онторадиатор - онт работающий на радио.

Онтолет – летательный аппарат (онто-хонда)

Онтофон - средство связи онтофона, с дверью онтодома.

Онтар - насекомое пьющее кровь, и ныкающее ее за щеки.

Онтокамотоз - состояние когда онт неадекватен вследствии избыточного поглощения выпифкоф, или излишнего сна/недосыпа.

Онты пьют много, едят мало, людей пугают, и женятся на пнях, точнее последних заставляют жениться на себе. Сначала они заманивают пней в чащу леса, заговаривая их корни. Теряя ориентиры пни не замечают как оны садятся к ним на горбушки, и устраивают пневые заезды. Онты бывают разные, вот например Отобусы – эти ездят на автобусах, но считается что подвид находится на стадии вымирания, т.к. многие освоили онтелет, и на крайняк онтопед, это тот же онтолет, только зимой стоит на балконе в онтоуналки. Там кстати онты и живут, не тихо и немирно, а живут так что в онтодоме все знают кто там живет. На выходных онты занимаются преимущественно онтологией что бы понять, почему в них так много вливается, выясняют это опытным путем вливая все что вливается. А после наступает онтокамотоз - состояние когда онт неадекватен в следствии избыточного вливания.

Разряд 220 пустили по нервам,
Рука сжалась в кулак,
Мысли путались, проплывали потоком,
И было решение - расстаться…
Глупое, бессмысленное решение,
Без ссор, без слез, просто расстаться и все.
И как будто ничего не было,
Не будет, не вспомниться,
А утром солнце принесет другого человека,
Не такого как ты, совсем не такого,
С планами на будущее, на семью и детей,
С расписанием, на ближайшую 1000 лет…
Хорошо, что нервы во время обесточили,
Иначе все так бы и было.

Разгоряченный май пахнет шашлыками и первоцветом,
Шагая по улицам трудно идти не к тебе.
Знаешь, в мае, нелегко заставить себя думать,
Найти цель в городе, очертить пусть, следовать ему.
Неуклонно тенет в другую сторону, дальше от шума,
Ближе к твоей тишине, которую смеет нарушить ветер.
Туда, где мир оживает, обнажается и открывает себя,
Вот только по рукам хочется дать тому, кто разгорячил траву.
Черные полосы на полях скоро зарастут, а через год все повториться,
Так же и мы циклично встречаемся в мае,
Когда тянет нас, волоком, без будущего, друг к другу.

Две параллельные прямые не пересекаются,
Если не менять плоскость,
Мы с тобой в разных городах, под разным соусом .
Ты в арифметике, я в литературе,
Твои приправы – синус и косинус,
У меня ямб и хорей,
Тут математически не вычислить - что сложней?
Ты в цифрах тонешь, с ними общаешься
А я как всегда молчу перед телефоном,
Потому что там тоже цифры, с ними я на ВЫ,
Для тебя загадка – строки Пушкина.
И все же мы встретимся, на полке для книг,
Ученика пятого класса.

Захватывает дух от утренней неги,
В которой, ты укутана.
Смотреть на тебя, едва касаясь взглядом,
Вот настоящее удовольствие, которое я нахожу.
Ни мороженное, ни сигарета с ментолом,
Не даст эффекта радуги, по которой ты ходишь,
Меня увлекая за собой.
С одной стороны восход, с другой закат,
И как будто мы на середине мира,
Там где не видно кривых дорог.
Усмешки, плевки и щепки,
Все это под нами, а над – чистый мир,
В который ты меня привела, спасибо...

Я одинок,
Я слушаю дождь, безликий и серый,
Он что-то бормочет,
Сквозь горы, целующиеся со звездами.
В дали твоя тишина,
Как будто Попова и не было вовсе!
Включите хотя бы телевизор!
Я одинок.

Ты – мой мир, такой правильный,
И скучный, что кажешься черно-белым.
И как будто в тебе нет ни света, ни тепла,
Лишь одно рациональное решение.
И все же иногда ты забываешься,
Теряешь вещи, едешь не той дорогой,
И ни туда, куда собиралась.
Ты выпадаешь из города, из его серых улиц,
Ты слушаешь музыку, которой нет ни у кого,
А еще твои планы…лепить из глины,
Сделать что-нибудь своими руками,
Посадить елку во дворе….
И это только планы, хотя, меня ты вылепила,
Сделала сама и вырастила…
Как лимонное дерево на подоконнике.

Я нарисую тебя угольным карандашом,
Без красок. Ты будешь купаться в лучах
Солнца утреннего, лежа в постели,
Полусонной, с закрытыми глазами.
А под веками будет бежать жизнь.
Прочь от города, к гавани в Гаване.
Там бродя по песку, ты поцелуешь небо,
Бросишься в волны, выйдешь освеженной,
Красивой, нагой, тонущей в неге чувств.
А пока ты спишь, утром у себя в постели,
Я тебя нарисую и подарю тебе то, что захочешь.
Любой рай, на земле и в не ее.

Захватывает вот тут, знаешь, перетягивает,
И тащит, асфиксия бывает у всех.
По пустым дорогам в погоне за призраком хожу,
Ищу тебя, твой след, твою музыку,
Остатки голоса, и пачки сигарет.
Вот тут тюльпаны, верный признак - твой след,
Иду дальше, город изучаю,
А ведь знаю его улицы, как линии на ладони,
Вот это - Жизни, а это - Кирова.
Они переплетаются, объединяются киосками с мороженным,
И мусором, пакеты в танце,
Везде разруха и хаос,
Это город чиститься после зимы,
Еще недели четыре и будет хорошо, и тебя встречу,
Возможно у фонтана, на нашем месте.

Ты мой мир, но в тебе нет природы.
Ветер гуляет не в тебе,
Не в тебе журчат ручьи и светит солнце,
Тогда почему ты?
Вот вопрос из вопросов,
На который ответ не найдешь в книжках,
Друзья ответ не подскажут,
И диктор в ящике не скажет о рассмотрение вопроса на саммите ЕС.

И что же делать, как жить
С этой загадкой ни природы, а космоса?
Сколько можно терпеть твою пустоту?
Возьму и начиню тебя…мечтами, делами, улыбками,
И будет солнце блекнуть,
Любовь вся в тебе будет…
ты мой белый лист,
И пусть я рисовать не умею,
Все равно красками тебя закрашу,
И будешь ты с большой буквы,
И узнаю, почему Тебя люблю я.

Мио, мой Мио, ты плакал когда-то,
Теперь ты живешь хорошо и богато,
И дело не в звоне листвы серебристой,
Не в флейте взволнованной и золотистой,
Отец над кроваткой твоею стоит,
И сказки тебе рассказать норовит.
Лошадь твоя, вожака признает,
По-небу скачет, по морю плывет,
Живешь ты как в сказке, и не помнишь ночей,
Когда ты плакал в кроватке холодной своей.

Скрипка, гитара, перкуссия,
Набор инструментов велик
Но чаще всего выручает нас,
старый и добрый язык.
Скажешь любимому слово,
Обрадуешь друга письмом
И кажется все установлено…
Теперь поиграем в дурдом.
Уколы, таблетки, врачи…
Вверх дном все летит в никуда,
Ты лучше молчи, ты молчи,
Забудь меня навсегда.
Пусть инструменты кричат,
Зовут и зовут за собой,
Теперь я тебя не узнаю,
Прощаюсь с тобой и с толпой…

Афиши пестрят призывами, зовут сходить на концерт,
А мы с тобой не виделись, наверное, 1000 лет.
В уютном зале с цветами, под музыку мне не знакомую
Сижу и смотрю угрюмую игру гитариста не скромную.
Пальцы со струнами шепчутся, давя из себя слова
И снова мечтаю я встретиться, ища в зале тебя.
По лицам скользя, изучаю, взгляд терпеливых людей,
А после концерта я исчезаю в автобусе, за скрипом дверей.

Зима и весна, и давние споры,
Раздоры, скандалы, потом разговоры.
Бегут электрички, спешат поезда,
И ты вдруг уходишь, опять на всегда.
Быть может все дело в погоде,
В ее переменчивом нраве,
….
И в том, что уже ничего не исправить.
На стыке двух месяцев, в дружбе врагов,
Найдется и тот, кто будет готов,
Весной поделится, все звезды зажечь
Делами и словом будет беречь